|
Машина не заводилась. Как назло, стартер крутил и крутил, а она всё никак не хотела подать свой собственный голос. Уже вечерело, выходные закончились и надо было ехать в город, завтра рано утром вставать, на работу, ребёнка в садик, а машина всё никак не хотела бурчать – чувство ответственности ей было видимо, неведомо. Борис крутил и крутил стартер, жена Оля задумчиво смотрела в летнюю даль, взглядом провожая угасающий закат, дочка уже мирно сопела на заднем сиденье, и даже шум стартера ей не мешал. Дед махнул рукой: - А, умерла так умерла, езжай на моей, завтра вечерком приедешь поменяться, вылазь. - Деда, но с ней же всё хорошо ещё днём было, ну чего она так, а? - Завтра посмотрю, соседа вон приглашу, мы с ним вместе и разберёмся. Сосед был знатный выпивоха, но в машинах соображал – всю жизнь проработав водителем на молочной ферме, понимал машины с полуслова – и они его слушались, как коровы доброго пастуха. Перенеся Алёнку в дедов старенький сорок первый «Москвич», Борис завёл машину с полоборота. Оля задумчиво не торопясь села на переднее сиденье и они поехали. Старенький «Москвич» был нетороплив, как и его владелец, но работу свою знал хорошо, да и светил прилично. Выехав с просёлочной дороги на асфальт, загудел шинами, поймал ветер и степенно понёс заспанных пассажиров в расплавленный от жары город. Наступило утро нового дня. Борис работал в городской больнице, травматологом. Оля – в городской администрации, выписывала бесконечные бумаги и ездила по делам шефа – важного толстяка с пышными усами. Отношения с женой не ладились уже давно. И дело даже не каких-то спорах или ссорах, нет. Мировоззрение – они были как бы люди из разных миров. Он улыбчивый, весельчак, балагур и всегда с открытым сердцем. Она довольно расчетлива, с оценивающим взглядом, симпатичная и с удовольствием ловящая на себе мужские взгляды стройная и молодая. Когда-то, где молодость пьянила головы и хотелось любви, он пьянил её своим обаянием. Тогда появилась дочка, Алёнка. Но прошло совсем немного времени и оба поняли, что они совсем разные. Оля почувствовала это первой и с тревогой по ночам прижимаясь к мужу, думала о будущем. Будущее ничего хорошего им не сулило. Денег особенно нет, квартирка мужа мала, перспектив роста очень мало, а жить охота… Борис же был энтузиастом и верил, что все моря по плечу. Но любовь жены как-то быстро улетучилась и оставила место грусти. Жаль. А хотелось совсем иного. Жара плавила асфальт и в палатах стояла невыносимая духота – и это несмотря на настежь открытые окна. Смена, обычно кончавшаяся в 4, тянулась до бесконечности и в три он взмолился. Его отпустили. Быстро забрав Алёнку из садика, рванул за город, к деду в деревню, откуда этой ночью уезжал с такой неохотой. Набрав скорость, только тут почувствовал облегчение от жары – ветер уносил прочь духоту и жар и запахи степи начали кружить голову. Шёл июль. >>> Автор: Нараяма
|
|
|
|
Буддисты говорят о пришествии Майтрейи, христиане - Христа, мусульмане - о Приходе своего пророка Магомета. Е.И. Рерих говорила о приходе Великого Владыки как объединённого Эго сразу же трёх Великих Учителей - Христа, Будды и Майтрейи. Так же различные народы по-разному предполагают, как произойдёт этот Приход. Буддисты говорят, что будет война в Индии и воинство Майтрейи победит. Христиане считают, что Христос оявится, как молния, от восхода и до заката, но не в физическом облике, хотя живописцы и рисуют летящего по небу человека в белых одеждах. Мусульмане просто говорят, что Пророк уже родился, и скоро объединит все разрозненные мусульманские силы, и Ислам победит все остальные религии. Меня же более интересует мнение Е.И. Рерих и Владыки Мории. Так когда и как всё будет происходить? На этот вопрос я и попытаюсь ответить. Итак, КОГДА. >>> Автор: Нараяма |
|
|
|
Посейдонис, более 20 000 лет назад. Старик Крокс всю долгую жизнь занимался делом, к которому его душа не лежала никогда. Удивительно, но можно было уже давно найти что-то не столь опасное и более подходящее его почтенному возрасту; да и Сыны Света в последнее время стали очень уж активно вмешиваться во взаимоотношения племён и государств, чего они обычно старались не делать, обитая на Белом Острове и не вдаваясь в подробности жизни хлебопашцев и торговцев на протяжении многих и многих лиг вокруг них. Крокс был не просто работорговцем. Он не перекупал рабов – он добывал их, совершая набеги на деревни и мелкие города живущих на дальних островах торговцев, хлебопашцев и ткачей. Старый виман Крокса видал разное, даже участвовал в битве близ острова Камит между армиями господ Хиронто и Марианвана много лет назад, когда Крокс, тогда ещё совсем молодой и драчливый, горделивый сын своего Отца, Аркуата из рода Винуаториев, думал, что весь мир создан лишь для того, чтобы он, Крокс, его завоевал. Он был молод и глуп тогда, и лишь случайность не дала ему погибнуть там, где гибли десятками тысяч: лучи Капиллы не щадили никого, они вспенивали океан, и тысячи жизней отдавали свой последний вздох морю и ветру, так и не поняв, что произошло. Виман, на котором род Винуаториев выступал на стороне побеждённого тогда Хиронто, отстал от основной армады и потому остался цел. Крокс хорошо помнит печальные и задумчивые глаза отца, что-то шептавшего самому себе, после чего на рубку поступил приказ сбавить ход и сделать вид, что сломались. Отец Крокса всегда чуял опасность загодя, и тогда этот его дар спас и весь род, и жизнь Крокса, и виман, который с тех пор давал возможность роду Крокса зарабатывать на жизнь. Тогда, глядя на гибель армады своего господина, отец принял решение никогда больше не принимать участия в глобальных военных действиях, где цена человеческой жизни – ничто и где безжалостные лучи не дают возможности поединка, но просто сжигают и воду, и воздух, и, казалось, само пространство - вместе со всем, что было в нём: кораблями, людьми, чайками и брызгами волн… После того случая они стали промышлять пиратством и, по большей части, работорговлей. >>> Автор: Нараяма |
|
Пилигримы - носители волшебных свитков
Наступил рассвет, лёгкий рассвет, когда уже почти светло и половина неба сияет мягкой голубизной, а вторая же половина ещё остаётся в тени, но прохладный воздух уже уступает пению птиц. Лоуренс сошёл с поезда в небольшом городке, который указало ему его сердце. Именно здесь он должен был быть сегодня. Никто никогда не скажет, почему. Он и сам не знал, но его сердце знало, и он привык ему доверять. А как иначе? Походный рюкзак и палатка привычно легли на спину, и он пошёл искать. Искал он всегда одно и то же – дом с изображением Мадонны Орифламмы, ведь он был Пилигримом. Весь смысл его жизни заключался в том, чтобы ходить из города в город, находить здания с изображением Мадонны Орифламмы и ждать, как примут его. Так он поступил и в этот раз. Было раннее утро, город ещё спал. Этот дом был, как явствовало из указателей на улицах, на окраине, недалеко от вокзала, на улице Мадонны Орифламмы, которая была в каждом, даже самом маленьком, городе. Как и во всех городах возле этого здания была специальная беседка, беседка для Пилигримов, которые могли прийти в этот город в любой день и в любой час, и для них всегда была беседка – летом открытая, зимой тёплая, и всегда в термосе ждал горячий чай. Пилигрим мог не приходить и месяц, и два, но его ждали каждый день. Расположившись в беседке, он налил себе чаю и погрузился в раздумья. Уже третий год он путешествовал из города в город, везде и всюду его встречали радостно. В некоторых местах люди меньше знали о Пилигримах, бывали места, где больше, но всегда и неизменно – им были рады. >>> Автор: Нараяма |
|
У людей бывают разные увлечения: кто-то занимается спортом и целыми днями качает бицепс, кто-то играет на скрипке, а кто-то гоняет мяч — не имеет значения, чем увлекается и как, но есть те, кто желают полетов. В этом мире и в другом. «Астролетчики» — так называют они себя. Упорные, самонадеянные, верящие в то, что летать можно и без физического тела. Полеты разума. У некоторых они получаются спонтанно, некоторые мучаются и прорываются с трудом, но есть способные настолько, что делают это тогда, когда захотят. Во всем нужен талант, прирожденная способность. Будь то музыкальный слух или упорство в наращивании мышечной массы, ловкость движений или быстрота ума. Талант должен быть. >>> Автор: Нараяма |
|
Мой первый урок - и одновременно испытание - ничем, в принципе, не отличал-ся от того, как его проходил мой старший брат два года назад (он успешно зава-лил его, был признан негодным для занятий буддизмом; старый Лама наотрез от-казался его учить, заявив, что такого бездаря ещё поискать) и от того, как прохо-дили испытания все желающие стать упасака при монастыре Таши-Лум-по вот уже сотни лет. Урок-испытание был прост, вместе с тем, мало кто мог пройти его, но лишь осиливший его мог быть зачислен в качестве слушателя. Старик Лама Кагчен-Дьянг-мо провёл меня вдоль фестивальной стены, сзади храма Будды, и мы вошли в малозаметную непримечательную дверь, теряющуюся в массиве огромного, пя-тидесяти футов высоты, здания. Внутри царил сумрак и прохлада, несмотря на летнюю жару и слепящее солнце снаружи. Глаза не сразу привыкли к темноте, пока мы шли по коридору, уходящему куда-то в сторону и вглубь. Шагов через тридцать старик открыл дверь, и мы вошли в помещение без окон, квадратное, не более двадцати футов в поперечнике. Одна стена его представляла собой лист меди, натёртый до блеска и даже, как мне показалось в свете тусклой масляной лампы, зеркальный, чего я никогда в жизни не видел. Чтобы так нате-реть медь, требуется очень много усилий, и хватает этих трудов ненадолго: медь быстро тускнеет и теряет свой блеск. >>> Автор: Нараяма |
 |
|
