|
Скачать комментарии к разделам Станц Космогенезис и Антропогенезис
Религия мудрости Елена Петровна Блаватская (урождённая фог Ган) родилась 12 августа 1831 г. в Екатеринославле (ныне Днепропетровск). В ней смешалась кровь известных родов Франции, Германии и России. Отец её происходил от владетельных макленбургских князей Ган фон Роттенштейн-Ган. Прабабушкой со стороны матери была внучка французского гугенота Бандре дю Плесси, вынужденного покинуть родину из-за религиозных преследований. В 1787 году его дочь вышла замуж за князя Павла Васильевича Долгорукова, и их дочь Елена Петровна Долгорукая, в замужестве Фадеева, и была родной бабушкой Елены Петровны Блаватской. Именно Елена Петровна Фадеева воспитывала рано осиротевших детей своей дочери. Это была блестяще образованная и очень одарённая женщина: владела пятью иностранными языками, прекрасно рисовала и увлекалась ботаникой и минералогией. Свою дочь, Елену Андреевну, впоследствии мать Елены Петровны Блаватской, она воспитывала сама и привила ей любовь к литературе: Елена Андреевна писала повести и романы, и в 40-е годы прошлого столетия именно её В.Г. Белинский называл "русской Жорж Занд". Литературным талантом обладал и сын Елены Петровны Фадеевой, Ростислав Андреевич, который был известным военным писателем в 70-80 годы 19 века.
С 1842 года, после смерти матери, Елена и её младшая сестра Вера жили в семье своей бабушки Елены Петровны Фадеевой, сначала в Саратове, где их дед был губернатором, а затем в Тифлисе. Нам мало известно о детстве будущей основательницы Теософского общества. Поэтому обратимся к свидетельствам людей, которые знали Блаватскую в этот период. Вот что писала в 1877 году в одном из своих писем родная тётка Елены Петровны, Надежда Андреевна Фадеева, которая была старше своей племянницы всего лишь на три года и воспитывалась с ней вместе: "Моя племянница Елена совсем особое существо, и её нельзя сравнивать ни с кем. Как ребёнок, как молодая женщина, она всегда была настолько выше окружающей её среды, что никогда не могла быть оценённой ей по достоинству. Она была воспитана как девушка из хорошей семьи, но об учёности не было даже и речи. Но необыкновенное богатство её умственных способностей, тонкость и быстрота её мысли, изумительная лёгкость, с которой она понимала, схватывала и усваивала наиболее трудные предметы, необыкновенно развитый ум, соединённый с характером рыцарским, прямым, энергичным и открытым - вот что поднимало её так высоко над уровнем обыкновенного человеческого общества и не могло не привлекать к ней общего внимания, следовательно зависти и вражды всех, кто всвоём ничтожестве не выносил блеска и даров этой поистине удивительной натуры...
В другом своём письме Надежда Андреевна вспоминала: "С самого раннего детства он (Елена) не была похожа на других людей. Очень жизнелюбивая и высокоодарённая, полная юмора и какой-то пугающей смелости, она ошеломляла любого своеволием и решительностью действий... Её было невозможно ни подчинить проявлением притворного уважения, ни запугать общественным мнением. Она ездила верхом в шестнадцать лет, с десятилетнего возраста, на любой казацкой лошади в мужском седле! Она не клялась ни перед кем, так же как и не подчинялась предрассудкам или общепринятым нормам поведения. Она оспаривала всё и вся. Когда она была ребёнком, вся её симпатия и уважение были направлены к людям низшего сословия. Она всегда предпочитала играть с детьми слуг, а не с равными себе, и за ней приходилось постоянно следить в детстве, чтобы она не сбежала из дома и не свела дружбу с уличными мальчишками-оборванцами". О тяге Елены Петровны Блаватской ко всему таинственному, о её необычном для ребёнка такого возраста внутреннем мире говорит и её сестра, Вера Петровна Желиховская: "Она (Елена) выбрала это таинственное место (подземные галереи в имении) в качестве... безопасного убежища, где она могла избежать даваемых ей уроков. Прошло много времени, прежде чем её тайна была раскрыта... Она прстроила для себя башню из старых поломанных стульев и столов в углу под окном с железной перекладиной высотой до самого потолка склепа, там она скрывалась часами, читая книгу, известную как "Соломонова мудрость", в которой излагались разного рода поучительные легенды. Раз или два её смогли отыскать в этих влажных подземных коридорах, в которые она забиралась, чтобы её не смогли найти, и заблудилась в лабиринте. Она нисколько не была обескуражена этим и нисколько не жалела об этом, ибо, как она нам объяснила, она никогда не была там в одиночестве, находясь там в компании существ, которых она называла своими маленькими горбунами, товарищами по играм... Фантазии, или то, к чему мы в те дни относились как к фантазии, моей сестры реализовывались самым необычным способом с самого раннего детства. Часто она часами повествовала нам, младшим детям, самые невероятные истории с твёрдой уверенностью и убеждением очевидца, который знает о чём говорит".
Как сообщает самый известный биограф Блаватской Е. Писарева, Елене Петровне с самого раннего детства была присуща уникальная особенность; она часто видела рядом с собой величественного человека в белой чалме - индуса, которого считала своим покровителем. Много лет спустя, в 1851 году, встретившись в Лондоне с индийским посвящённым Мория, она узнала в нём человека, образ которого так часто видела, начиная с раннего детства. Всё, что нам известно о детстве и юности Блаватской, подтверждает, что её окружали добрые и любящие родные, которые хотя и не разделяли её увлечений, но относились к ним снизходительно и не докучали ей нотациями. Однако жизнь в родном доме всётаки тяготила Елену, которая душой слышала далёкий зов и страстно стремилась куда-то, надеясь найти ответы на волновавшие её вопросы. Её духовному взору всё чаще представлялась фигура в белой чалме, которая казалось ей более реальной и близкой, чем окружающие её живые люди. К тому же её семья принадлежала к великосветскому обществу, что налагало определённые обязанности на юную девушку, которой смертельно надоели светские условия и приличия. Это во многом и определило внезапное решение Елены Петровны выйти замуж за старого, нелюбимого человека - генерала Н.В. Блаватского. Можно не срмневаться, что она ни минуты не считала этот брак действительным и не собиралась вести семейную жизнь, для неё это было способом обрести долгожданную свободу, недоступную ей, пока она оставалась незамужней девушкой. Дальнейшие события подтвердили, что брак был только предлогом, позволившим Блаватской покинуть родной дом: через три месяца после свадьбы в возрасте семнадцати лет она бежала от мужа и отправилась в далёкие страны. Случилось это весной 1849 года. В путешествиях по многим странам и континентам прошли долгие годы: до 1872 года она кочевала с места на место, гонимая неутолимой жаждой духовного самосовершенствования и мечтой о вселенской Мудрости. Елена Писарева, главный биограф и исследователь жизни Блаватской, делит жизнь Елены Петровны на три резко отличающихся друг от друга периода. О первом из них (1831 - начало 1849 года) мы уже рассказали читателю. Второй период приходится на 1849-1872 годы. Итак, вначале 1849 г. Блаватская уезжает в путешествие по Турции, Египту и Греции (деньги на это путешествие она получила от отца). Оказавшись в 1851 году в Лондоне (об этом Блаватская сообщает в своих заметках), она случайно, на улице, встречается со своим Учителем, с тем, кого сдетства считала своим покровителем - с восточным Посвящённым Махатмой Мория. Вот что рассказывает об этой встрече графиня Констанция Вахмайстер, которая хорошо знала Блаватскую в последние годы её жизни: "...В 1851 году в Лондоне... когда однажды она была на прогулке, она, к своему изумлению, увидела на улице высокого индуса в окружении нескольких индийских принцев. Она сразу же узнала в нём того самого человека, которого видела в астральной форме. Её первым импульсом было подбежать к нему и заговорить с ним, но он дал ей знак не двигаться, и она стояла как зачарованная, пока он проходил мимо. На следующий день она пошла на прогулку в Гайд-парк, где хотела побыть в одиночестве и поразмышлять о своём необыкновенном приключении. Оглянувшись, она увидела ту же самую форму, которая приближалась, и затем её Учитель сказал ей, что он прибыл в Лондон вместе с индийскими принцами с важной миссией и что у него есть желание встретиться с ней, поскольку ему требуется её сотрудничество в той работе, которую он намеревался предпринять. Затем он рассказал ей, как нужно формировать Теософское общество, и выразил желание, чтобы она стала его основателем. Он кратко описал ей все привратности, которые предстоит ей испытать, а также рассказал о том, что ей требуется провести три года в Тибете для того, чтобы подготовиться к этому важному заданию... Е.П. Б. решила принять сделанное ей предложение, и вскоре после этого она отправилась из Лондона в Индию.
В том же 1851 году Блаватская отправляется морем на Американский континент, где предпринимает захватывающее путешествие по США, Мексике, Южной Америке и Вест-Индии, а затем через Капскую колонию и Цейлон едет в 1852 году в Индию. Здесь она совершает неудавшуюся попытку попасть в Тибет. Затем следует возвращение в Англию. В 1854 году Елена Петровна снова едет в Америку. Но уже в конце 1855 года она покидает Америку и опять отправляется в Индию. Именно в этот раз ей удаётся проникнуть в Тибет и пройти обучение под руководством своего Учителя, хотя это было лишь частью необходимого курса. В 1858 году она уже в Европе - побывала во Франции и Германии и поздней осенью возвратилась в Россию, к своим родным. Вот как описывает возвращение Блаватской в Россию её сестра, Вера Петровна Желиховская: "...Госпожа Блаватская вернулась в Россию в 1858 году. После возвращения... она сначала поселилась во... Пскове, где... жила я... Мы неждали её приезда в течение, по крайней мере, нескольких ближайших недель, но, что интересно, как только я услышала звонок в дверь, я подскочила, точно зная, что это приехала она. Вышло так, что в этот вечер в доме моего свёкра, где я жила, была вечеринка. В тот самый вечер у его дочери была свадьба, гости сидели за столом, а дверной звонок звенел беспрестанно. Тем не менее я была настолько уверена, что приехала именно она, что, ко всеобщему удивлению, торопливо покинула свадебное торжество и побежала открывать дверь, желая опередить слуг. Мы с большой радостью обняли друг друга, на мгновение забыв о странности этого события. Я сразу же повела её в мою комнату и в тот же самый вечер убедилась, что моя сестра приобрела странные способности... Очень скоро весь город заговорил о "чудесах", окружавших госпожу Блаватскую. Эти невидимые силы не только давали ответы на мысленные вопрсы, но и обладали ясновидением, действовали днём и ночью без всякого видимого вмешательства с её стороны повсюду вокруг неё, приводя умы любопытных в состояние изумления и ощущения чуда в большей степени, чем даже движения неживых предметов, которые явно приобретали или теряли вес, - и такие вот феномены она вызывала, просто останавливая взгляд своих глаз на выбранном объекте. С 1860 по 1865 год Елена Петровна Блаватская провела на Кавказе, причём в это время она пережила сильный физический и психический кризис, находясь несколько раз буквально на волосок от смерти. Но всё закончилось благополучно, и с этих пор Елена Петровна полностью могла управлять своими необычными способностями. Восстановив силы, Блаватская снова рассталась со своими родными и уехала в Италию, посетив попутно Балканы, Египет и Сирию. Наступил 1868 год. Елена Петровна едет в Тибет. Около трёх лет она проводит в Малом Тибете, в доме своего Учителя Кут Хуми, продолжая своё послушничество. В конце 1870 года она возвращается в Европу, в Грецию. Затем поездка в Египет, едва не стоившая ей жизни. Здесь, в Каире, она делает попытку создать Спиритическое общество, но нельзя сказать, чтобы попытка оказалась удачной, общество вскоре распалось. Раздосадованная крахом общества, которое создавалось для того, чтобы, как она выражалась, показать различие между "пассивным медиумом и активным творцом", Блаватская вскоре отправилась домой через Палестину и Сирию и в июне 1872 года, приехала к своим родным в Одессу. Но уже весной 1873 года она получила, по её словам, указание от своего Учителя отправиться в Париж, а затем в соответствии с его волей оказалась в Америке - в Нью-Йорке. Это произошло 7 июля 1873 года. В жизни Елены Петровны Блаватской начался новый ( третий, по определению Писаревой) период. Венцом его стало создание Теософского общества и появление таких книг, как "Разоблачённая Изида" и "Тайная доктрина". В начале своего пребывания в Америке Елена Петровна примкнула, как многие считали, к спиритизму, который победно шествовал по стране. На самом же деле её цель была другой. "Я была послана, - писала Блаватская, - доказать данные феномены и их реальность и продемонстрировать ложность спиритуалистической теории духов".
Именно во время спиритических сеансов Блаватская встретилась с полковником Генри Стилом Олькоттом, знаменитым американским юристом, который стал её верным соратником и другом. Немного позже она познакомилась с ирландцем Уильямом Куаном Джаджем. Этим людям вместе с Е.П.Б. предстояло сыграть решающую роль в возникновении Теософского общества. 17 ноября 1875 года стало днём официального основания Теософского общества.
"...Изначально заявленной целью Теософского общества было изучение оккультной науки и эзотерической философии, в теории и практических приложениях, и популяризация этих фактов во всём мире. В преамбуле говорится: "...основатели надеются, что более глубокое проникновение в эзотерические философии древних времён, чем было достигнуто до сих пор современной наукой, предоставит им возможность получить для себя и для других исследователей доказательство существования невидимой Вселенной, понять природу её обитателей, если таковые там найдутся, и законы, которые управляют ими и их отношениями с человеком". По прошествии некоторого времени цели Теософского общества были сформулированы следующим образом: 1. Сформировать ядро всемирного Братства человечества без различия по расе, национальности, полу, касте или цвету кожи. 2. Поощрять сравнительное изучение религии, философии и науки. 3. Исследовать неизвестные законы природы и скрытые в человеке силы. Но деятельность Блаватской не ограничивалась работой в Теософском обществе, в это время она уже начала работу над "Разоблачённой Изидой". Свидетелем её титанических усилий и добровольным помощником был Генри С. Олькотт. Он писал: "Она сообщила мне в письме, что это будет книга об истории и философии восточных школ и их связи с современными школами. Она добавила, что пишет о таких вещах, которые никогда не изучала, и приводит цитаты из книг, которые никогда не читала. И что для проверки точности цитирования профессор Корсон сравнил её книгу с классическими текстами из библиотеки университета и обнаружил, что всё процитировано совершенно правильно. После возвращения в город она не проявляла особого трудолюбия в отношении этого дела, занимаясь рукописью лишь время от времени... но через месяц или два после создания Теософского общества мы с ней сняли два гостиничных номера на 34-й стрит, она на втором этаже, а я на третьем этаже, и с той поры работа над рукописью "Изиды" продолжалась без перерывов или отвлечений до самого завершения в 1877 году. За всю свою жизнь она не проделала и десятой части подобного литературного труда, более того, я не знаю ни одного журналиста, пишущего ежедневно, который мог бы сравниться с ней по выносливости и неиссякаемости рабочей энергии. С утра до вечера она находилась за своим письменным столом, и весьма редко кто-либо из нас ложился спать ранее 2 часов ночи. Днём мне нужно было отлучаться по делам, но всегда после раннего обеда мы садились вместе за наш большой письменный стол и работали так, будто это был вопрос жизни или смерти, до тех пор, пока усталость тела не принуждала нас остановиться. Что за воспоминания!..."
Это была первая попытка приподнять завесу тайны над изотерическими учениями древности, рассказать об их истории и распространении, объяснить природу магии, коснуться ошибок и заблуждений ортодоксальной науки. Книга вышла из печати в сентябре 1877 г. Успех её превзошёл все ожидания. А вскоре после этого Елена Петровна вместе с полковником Олькоттом отправилась в Индию. В феврале 1879 года в Бомбее они организовали штаб-квартиру Теософского общества. Там же произошло ещё одно чрезвычайно важное для судеб теософии событие: они познакомились с Альфредом Перси Саннеттом, редактором правительственной газеты "The Pioneer". Этот человек, скептически относившийся к оккультным феноменам, под влиянием Блаватской заинтересовался теософией и в конечном счёте очень много сделал для её распространения, чему способствовала написанные им книги "Оккультный мир" (1881) и "Эзотерический буддизм" (1883). Там же в Бомбее в октябре 1879 г. начал издаваться первый Теософский журнал "The Theosophist", который существует и поныне. Его редактором стала Елена Петровна Блаватская. Весной 1882 г. в Индии было куплено поместье в Адьяре (близ Мандраса), куда в конце года перехала штаб-квартира Теософского общества. В этот период была проведена огромная работа по возрождению в Индии интереса к древней духовной литературе.
В 1884 году Елена Петровна была вынуждена покинуть Индию и уехать в Европу, так на её здоровье отрицательно сказался тропический климат. Примерно в это же время разгорелся скандал в Адьяре из-за клеветы двух служащих. Алекса и Эммы Куломбов, которые пытались обвинить Е. П. Б. в мошенничестве. Эти события заставили Блаватскую оставить работу над "Тайной Доктриной", которой она посвящала всё своё время, и вернуться в Индию. Однако другие члены Теософского общества настояли на том, чтобы она не обращалась в суд. Блаватская подчинилась, однако уехала из Индии навсегда. К сожалению, именно на основании показаний Куломбов Лондонское Общество психических исследований (ОПИ) опубликовало доклад, в котором обвинило Блаватскую в недобросовестности и охарактеризовало её как "одного из совершеннейших, гениальнейших и интереснейших мошенников в истории". И до сего времени этот доклад ОПИ-Ходжосона приводится как доказательство мошенничества Блаватской и несостоятельностью теософии. Елена Петровна тяжело переживала случившееся, однако не оставляла работы над главным трудом своей жизни - "Тайной доктриной". Приехав из Индии, она сначала жила в Италии, затем - в Германии и Бельгии, а в мае 1887 года переехала в Лондон, где её пригласили английские теософы. Деятельная натура Блаватской не позволила ей ограничиться литературным трудом, хотя создание книги требовало невероятных усилий. Елена Петровна вела активную работу среди английских теософов, создала новый теософский журнал "Lucifer" (1888), а также организовала осенью 1888 года Эзотерический отдел (или школу) в Теософском обществе для желающих более полно изучить эзотерическую философию. Наконец в октябре-декабре 1888 года "Тайная доктрина" была опубликована. В предисловии к ней Блаватская писала: "Религия Мудрости есть наследие всего мира..." Рассказать о ней современникам Е.П.Б. считала главной задачей своей жизни. В следующем 1889 году вышел "Ключ к Теософии" - "ясное представление (в виде вопросов и ответов) этики, науки и философии, для изучения которых было создано Теософское общество", - писала Елена Петровна. Это было своеобразным приложением к "Тайной доктрине". Последним произведением Блаватской стала мистическая книга "Голос Безмолвия". Она увидела свет тоже в 1889 году. В 1890 году Елена Петровна создала европейскую штаб-квартиру Теософского общества. В это время на теософских вечерах в доме Блаватской стала появляться и Анна Безант, ставшая верной соратницей Е.П.Б. и после смерти последней возглавившая теософское движение. Умерла Елена Петровна Блаватская 8 мая 1891 года в Лондоне. В память о ней этот день все теософы мира чтут как День Белого Лотоса. Спустя 100 лет человечество признало заслуги Елены Петровны Блаватской - 1991 год был объявлен ЮНЕСКО годом Блаватской. Остается лишь процитировать одно из писем Махатм, посвященное Елене Петровне: "... Вы никогда не узнаете её такой, какой знали её мы, и потому вы никогда не сможете судить о ней справедливо и беспристрастно. Вы наблюдаете лишь поверхность вещей... В ваших глазах Е.П.Б. в лучшем случае, для тех, кто любит её вопреки самой себе, - это странная, чудная женщина, психологическая головоломка; импульсивная и добросердечная, но тем не менее и не избавленная от пороков. Мы, с другой стороны, под покровом эксцентричности и дурачества, находим в её внутреннем "Я" мудрость более глубокую, чем вы сами когда-либо сможете воспринять..."
|
 |
|
